Как сложилась жизнь Мэри Поппинс — Натальи Андрейченко

Друзья, коллеги и поклонники таланта этой актрисы единодушно отмечают ее поразительную схожесть с Мэри Поппинс: она такая же добрая, искренняя, озорная и легкая на подъем. Об уроках любви и жизни яркой и блистательной Натальи Андрейченко рассказывает «Леди Mail.Ru».

Как сложилась жизнь Мэри Поппинс — Натальи Андрейченко

Сохранять индивидуальность
Наталья Эдуардовна Андрейченко родилась третьего мая 1956 года в Москве. Ее отец работал инженером авиационного завода, а мать — заместителем министра просвещения. В пять лет девочка впервые увидела балет «Спящая красавица» и была настолько очарована спектаклем, что с тех пор часто играла в балерину.

В восемь лет она уже организовала постановку балета у себя в школе, а с третьего класса поступила в музыкальную школу и обучалась по классу аккордеона. Еще одним увлечением Наташи в школьные годы было плавание, но заниматься спортом всерьез она не хотела, опасаясь потерять природное изящество.

Увлечение литературой в старших классах привело к тому, что девушка решила поступать на филфак МГУ, но в десятом классе передумала, решив стать актрисой. Правда, когда на выпускном вечере она читала стихи, отрывки из любимых произведений, ее друзья, подруги и родители не знали, что завтра она отправится поступать в театральное. В Щукинском она увидела сотни других абитуриенток: красивых, модных, длинноногих! Решила срочно принимать меры: укоротила юбку до критического «мини», надела туфли на огромной платформе, которые выпросила у подруги, и не пожалела для себя маминой косметики.

Экзаменаторы увидели не русскую красавицу Наташу, а странное существо, которое, храбро провозгласив: «Басня. «Мартышка и очки»!», тут же запнулось. Наташа увидела себя как бы со стороны и выбежала из аудитории. Она поняла: главное — быть самой собой.

Перед приемной комиссией ВГИКа предстала другая Наташа: с пшеничной косой до пояса и открытым, смелым взглядом. Но своих будущих преподавателей Сергея Бондарчука и Ирину Скобцеву девушка привлекла еще и искренностью, которая угадывалась в ней с первого взгляда. Конечно, ее приняли, и она была счастлива.

Работать над собой
А потом начались будни. Ставили отрывки из пьес, литературных произведений. Наташа Андрейченко играла самые разные роли. Много читала. Уже тогда проявилась ее фантастическая работоспособность. Работала иногда до поздней ночи, до полного изнурения. Студенты московских театральных вузов ходили во ВГИК «на Андрейченко».

Она готовила роль в курсовом спектакле, когда ее пригласили на роль Танюши в фильме «Степанова памятка» по сказам П. Бажова. Андрейченко снималась в фильме и одновременно готовила роль в курсовом спектакле. Без дублера снялась в технически трудной сцене — когда ее героиня исчезала в стене... Нужно было погрузиться в ванну с подкрашенной водой так, чтобы ни один пузырек воздуха не показался на поверхности, и оставаться в воде без дыхания. После съемок она мчалась на московский поезд, ведь утром предстояло сдавать экзамен во ВГИКе.

После фильма Бориса Яшина «Долги наши», где она сыграла роль Верки, и роли женщины-комбайнера в «Жнецах» режиссера Владимира Денисенко, многие режиссеры предлагали ей похожие роли. Андрейченко сравнивали то с Натальей Гундаревой, то пророчили ей судьбу Нонны Мордюковой, но актриса стремилась расширить свое амплуа, доказать, что способна воплотить иные образы.

Знал ли Андрей Михалков-Кончаловский, приглашая дипломницу ВГИКа в свой фильм, как он рискует, трудно сказать. Пожалел ли он позже? Судя по его высказываниям в прессе, — нет. Но то, что Андрейченко заставила его поволноваться, это точно.

Жить полной жизнью
Она стреляла из ружья навскидку. Десять дублей — точно в цель. Как выяснилось позднее, делала она это впервые. А ведь у старого охотничьего ружья отдача была очень сильная. Поэтому на плече появились синяки, а рука от тяжести немела. А сколько раз приходилось входить в реку с ледяной водой... Сильное течение уносило, она не попадала в кадр. Актрису растирали спиртом, снимали снова и снова. Правда, здесь же на съемках спиртное употребляла она не только наружно: Кончаловский выходил из себя, когда Андрейченко исчезла с Кадочниковым на двое суток, и никто не знал, где их искать... Но по тому, что ей многое прощалось, в том числе и взбалмошность, и непредсказуемость, можно понять, насколько ценили талант этой юной красавицы-актрисы.

«Знаете библейскую притчу о таланте? — спросила как-то она у журналистов. — Талантами в древности называли золотые монеты. Так вот, один человек дал своему самому верному слуге пять талантов, второму слуге — два, третьему — один и уехал. Через несколько лет вернулся и узнал, что первый своим трудом приумножил богатство, второй зарыл в землю, а третий растратил попусту. Тогда он вознаградил первого, отобрал таланты у второго и выгнал третьего. Я так понимаю, наше дело — умножать то, что нам дано...»

Личная жизнь молодой, красивой актрисы была бурной, но встреча с Максимом Дунаевским стала судьбоносной. Наталья стала его женой и родила сына Митю. На девятом месяце беременности она получила предложение от Петра Тодоровского сняться в фильме «Военно-полевой роман» в роли Любы. Вскоре после родов приступила к работе. Далось ей это нелегко, приходилось постоянно разрываться между съемочной площадкой и маленьким сыном.

Затем последовала работа над фильмом «Мэри Поппинс, до свиданья!» Говорят, что она похудела на 20 килограммов специально для этой роли. Но если представить себе нагрузку во время съемок «Военно-полевого романа», можно понять, что обстановка к тому весьма располагала. Фильм получился великолепным. Не случайно образ Леди Совершенство теперь прочно связан с именем Натальи Эдуардовны Андрейченко.

Уважать свободу любимого человека
Брак с Максимом Дунаевским разрушила любвеобильность супруга, с которой молодой женщине смириться было сложно. Когда Наталья узнала, что через 9 месяцев и 11 дней после рождения их сына у Дунаевского родилась дочь от другой женщины, простить этого она не смогла.

В это же время на съемках фильма «Петр Первый» она познакомилась с голливудской звездой, актером и режиссером Максом Шеллом. Знакомство с Натальей нарушило все жизненные правила закоренелого холостяка, который никогда не хотел жениться. Их брак поначалу заключался только для того, чтобы защитить Наташу. Перестройка еще не наступила, и органы госбезопасности напрямую и недвусмысленно требовали прекратить порочащую советскую актрису связь.

Макс и Наталья поженились. Ему было 53, ей едва исполнилось 30. После официальной регистрации власти требовали немедленного отъезда Андрейченко по месту жительства супруга. «Но мне и в СССР было неплохо, тем более что всегда дружила с мозгами и не имела иллюзий, что сейчас, понимаешь, поеду в тридцать лет покорять Голливуд. Знала, что нигде больше не сыграть таких божественных ролей, как Настя в «Сибириаде» или Люба в «Военно-полевом романе». Когда мне приказали «Уезжай!», стукнула кулаком по столу по-настоящему. И ответила, что ни за что и никуда не уеду, я русская и горжусь этим. К счастью, удалось отбиться, даже получила многократную визу во все три страны, где жил Максимилиан, — Германию, Австрию и Швейцарию», — вспоминает актриса.

Совместная жизнь с мужчиной, который привык к одиночеству, к тому же страдал депрессиями, не была безоблачной. А еще Наталье очень хотелось работать. «Понимая, что русскоязычной артистке вряд ли найдется место в Голливуде, следующие полтора года пахала как проклятая, осваивая новую профессию — американской актрисы. Работала с коучем, тренировавшим в мастерстве, убирала акцент, занималась джазовыми танцами», — рассказывает Наталья Эдуардовна. И все-таки такого признания, как в России, Андрейченко на чужбине не получила. Часто бывала на родине. Играла в спектаклях. Снялась в «Тихом Доне» — фильме своего мастера, учителя Сергея Бондарчука. Отношения С Максом Шеллом не раз за эти годы подвергались испытаниям, как это часто бывает в семьях, где оба супруга независимые, творческие личности.

Однажды, когда они уже почти развелись, Макс тяжело заболел, впал в кому. Врачи требовали отключить его от аппарата, но Наталья не дала разрешения: часами сидела рядом, держала его за руку, разговаривала с ним. Тогда она его буквально вытащила с того света.

Казалось, их брак теперь навсегда. Но настал день, когда Шелл все-таки потребовал развода. Своей разлучнице Элизабет Михич Наталья отправила букет с запиской: «Добро пожаловать в семью», намекая на то, что увлечение Макса — лишь эпизод.

Она признавалась позднее: «Максимилиан заявил, что Элизабет нужно «рекогнишн» — признание ее статуса единственной подруги Шелла. Тогда я произнесла главную мудрость Натальи Андрейченко: «Любовь — это не обладание, а свобода. Эта женщина тебя не любит, и закончится все очень грустно. Запомни мои слова, она тебя обязательно отхлещет по твоему аристократическому личику». Все случилось так, как предполагала Наталья. Брак с Элизабет не состоялся. Позднее Шелл, следуя дружескому совету своей мудрой экс-супруги Натальи, женился на опереточной артистке Иве Миханович, с которой прожил еще семь лет.

Стремиться к совершенству
Сегодняшняя Наталья Андрейченко мало изменилась, хотя в жизни ее наступил новый период. Взрослые сын и дочь — вполне состоявшиеся люди. Отношения с ними бывают разными, но Наталья Эдуардовна всегда остается оптимисткой. Стройная, эффектная, энергичная, жизнерадостная — настоящая леди Мэри, само совершенство.

Большую часть времени она проводит в Мексике, в своем доме. Особое внимание уделяет духовным вопросам и здоровому образу жизни. Ее сердце по-прежнему открыто для любви и добра: «Только после ухода Макса я впервые за много лет почувствовала себя свободной. Смешно и странно, но это так. Мечтаю о таких отношениях, которые связывали Пола Маккартни с его женой Линдой: они не разлучались ни на минуту. Представляете, на каком уровне у них были взаимопонимание, уважение и любовь? Обрести рядом такого человека — мое чистое и четкое намерение».
Загрузка...